Обзоры мировых
медицинских журналов
на русском языке (архив)
Разделы
Главная страница
Внутренние болезни
Акушерство и гинекология
Педиатрия
Неонатология
Инфекционные болезни
Интенсивная терапия
Кардиология
Неврология и нейрохирургия
Онкология
Гастроэнтерология
Клинические случаи
Поиск

Антиретровирусный режим показал высокую эффективность у больных, инфицированных ВИЧ с множественной резистентностью. Печатать
10.12.09
У ВИЧ инфицированных больных длительно получающих комбинированную антиретровирусную терапию (кАРТ) и имеющих анамнез вирологической или иммунологической неудачи/несостоятельности терапии очень важным является иметь "про запас" 2–3 антиретровирусных препарата, к которым их ВИЧ полностью чувствителен, и на которые они могут перейти, когда не останется никакой альтернативы. Обычной тактикой у больных на несосотоятельной кАРТ является добавление какого-то одного мощного лекарственного средства к так называемому оптимизированному режиму, не содержащему ни одного препарата, к которому полностью чувствителен ВИЧ. Такой подход несет риск развития резистентности к этому новому для больного препарату и  усиления резистентности к препаратам в составе оптимизированного режима.  Группа ученых из Франции протестировала более радикальный подход. Они провели исследование длительно леченных больных, инфицированных ВИЧ с множественной резистентностью, у которых после множественных неудач терапии к оптимизированному режиму кАРТ были добавлены сразу три препарата –ингибитор интегразы ралтегравир (raltegravir), ненуклеозидный ингибитор
обратной транскриптазы (ННИОТ) этравирин (etravirine) и ингибитор протеазы (ИП) дарунавир/ритонавир (darunavir/ritionavir). Целью исследования было оценить эффективность и безопасность данного режима.
Методы и ход исследования.
Исследование Agence Nationale de Recherches sur le SIDA et les he´patites virales (ANRS) 139 TRIO или ANRS 139 TRIO было проведено в 49 ВИЧ центрах Франции.  Критериями включения в исследование были: вирусная нагрузка (ВН) > 1000 копий/мл, стабильный режим кАРТ ≥ 8 недель, отсутствие анамнеза приема ралтегравира, этравирина и дарунавира, ≥ 3 мутаций резистентности к ИП, более ≥ 3 мутаций резистентности к нуклеозидным ингибиторам обратной транскриптазы (НИОТ) и чувствительности ВИЧ к дарунавиру. Включались также больные, имеющие в анамнезе неудачу ННИОТ-режима кАРТ, но инфицированные ВИЧ, чуствительным к этравирину (≤ 3 мутаций резистенстности к ННИОТ). Не включались больные с текущим СПИДом, онкозаболеваниями, требующими приема химиопрепаратов, почечной недостаточностью (клиренс креатинина < 50 мл/мин), тяжелой анемией (HB≤ 7 г/дл), нейтропенией ≤ 500 кл/мкл и тромбоцитопенией ≤ 50 000 кл/мкл.  Больные с гепатитами В и С включались, если они не имели тяжелого цирроза или печеночной недостаточности (печеночные ферменты и билирубин < 3 раз выше нормы).
Большинство больных получали какой-либо оптимизированный режим кАРТ. Все пациенты получали следующий набор препаратов: ралтегравир 400 мг (1 таблетка) два раза в день, этравирин 200 мг (две таблетки по 100 мг) два раза в день и дарунавир/ритонавир – 600 мг дарунавира (две таблетки по 300 мг) два раза в день с ритонавиром 100 мг, также 2 раза в день.
Первичная конечная точка исследования – доля больных с ВН< 50 копий/мл к 24 неделе исследования. Вторичная точка исследования – доля больных с ВН< 50 копий/мл к 48 неделе исследования.
Результаты.
В исследование были включены 103 больных. Средний возраст когорты составил 45 лет, 88% – мужчины, 55% – мужчины, практикующие секс с мужчинами, 10% – лица с анамнезом внутривенного наркопотребления. Средняя длительность кАРТ до включения в исследование составила 13 лет (МКИ 11–15), у 44 (43%) был СПИД в анамнезе. Средняя исходная ВН была 4,2 log10 копипй/мл (МКИ 3,6–4,6) и среднее число СD4 клеток – 255 кл/мкл (МКИ 132–351). Среднее число мутаций резистенстности к ИП на момент включения в исследование составило 4, среднее число мутаций резистентности к ННИОТ – 1, к НИОТ – 6. Двое (2%) больных исходно имели 3 мутации резистентности к этравирину, и 36 (35%) больных исходно имели 3 мутации резистентности к дарунавиру.
Большинство (n=90; 87,4%) больных получали оптимизированный режим.
У 86 (84%) больных в состав оптимизированного режима входили НИОТ (в среднем – 2). У 12 больных в состав оптимизированного режима включался энфувиртид (enfuvirtid), и 10 из них принимали его впервые. Балл генотипической чувствительности ВИЧ (число препаратов в составе кАРТ, к которым у ВИЧ имеется генотипическая чувствительность) для оптимизированных режимов составил < 1 для 60% больных.
К 24 неделе наблюдения ВН < 50 копий/мл отмечалась у 93 больных (90%; 95% ДИ 85%–96%). Из 10 больных с  ВН > 50 копий/мл у 5 (включая троих прервавших участие в исследовании) она была ≥ 400 копий/мл, а у 5 больных – ≤ 400 копий/мл.
Из 93 больных с ВН < 50 копий/мл на 24 неделе исследования только у 4 ВН поднялась в следующие 24 недели наблюдения до определимого уровня. То есть к 48 неделе исследования ВН < 50 копий/мл отмечалась у 89 (86%) участников исследования.
Вероятность достижения неопределимой (< 50 копий/мл) ВН не зависела от таких  исходных характеристик как ВН, число CD4, балл генотипической чувствительности оптимизированного режима или прием энфувиртида. ВН < 50 копий/мл отмечалась к 24 неделе у всех 13 больных, которые не получали оптимизированного режима, а также у троих больных, имевших мутацию резистентности к этравирину на момент включения в исследование.
К 48 неделе среднее снижение ВН составило 2,4 log10 (МКИ 2,9–1,9), средний прирост числа CD4 – 108 кл/мкл.
За время наблюдения имели место два СПИД-индикаторных заболевания (энцефалопатия и кандидоз пищевода). Один больной умер от инфаркта миокарда.
У 4 (3,9%) пациентов отмечались связанные с терапией нежелательные явления 3–4 степени тяжести, и один из них прервал участие в исследовании по этой причине. У данного больного отмечалась сыпь с повышением температуры, причем причиной осложнения, по мнению исследователей, был ралтегравир. Сыпь (1–2 степени тяжести) отмечалась еще у 5 больных. Лабораторные изменения 3–4 степени тяжести отмечались у 20 (19,4%) больных. Самыми частыми нарушениями были повышение креатининкиназы (11 больных) и гамма-глютаминтрансферазы (4 больных). Ни одно из лабораторных нарушений не потребовало прекращения терапии.
Выводы.
В данном исследовании 90% и 86%  больных с высокорезистентным ВИЧ имели неопределимую ВН соответственно на 24 и 48 неделях терапии ралтегравиром, этравирином и дарунавиром. Предложенный режим показал высокую эффективность, сравнимую с эффективностью АРТ у ВИЧ инфицированных больных, впервые получающих терапию. Он также относительно хорошо переносился. Исследователи отмечают, что из-за небольшой численности исследования, они не могут однозначно ответить на вопрос, необходим ли был оптимизированный режим АРТ, или данная тройка добилась бы супрессии ВИЧ и без дополнительных препаратов.
Источник. 
Y. Yazdanpanah et al. High Rate of Virologic Suppression with Raltegravir plus Etravirine and Darunavir/ Ritonavir among Treatment-Experienced Patients Infected with Multidrug-Resistant HIV: Results of the ANRS 139 TRIO Trial. Clinical Infectious Diseases 2009; 49:1441–9. Medline абстракт.

Главная страница arrow Онкология arrow Антиретровирусный режим показал высокую эффективность у больных, инфицированных ВИЧ с множественной резистентностью.
Ваше мнение
Нужны ли российским больницам отделения экстренной помощи?
  
Если Вы ответили положительно, то как Вы можете это аргументировать?
  
Если Вы ответили отрицательно, то как Вы можете это аргументировать?
  
Если у Вас есть другие соображения по данному вопросу, пишите на адрес mail.medmir.com, указав